В творчестве Арсения Блинова отчетливо заметна полемика двух художественных традиций: абстрактного экспрессионизма и академической живописи. И через эту полемику двух семантически разных стилей мы получаем абсолютно новый визуальный опыт – опыт, утверждающий равнозначную ценность духовного и телесного в человеческом бытии. 

Для европейской философской традиции всегда была характерна дихотомия души и тела, они словно бы все время сепарируются друг от друга. Абстрактный экспрессионизм 60-х годов резко отвернулся от телесности, углубился в поиск эмоциональных, медитативных, духовных содержаний, словно бы отрицая ценность тела, отрицая вообще его существование. Если телесное и присутствовало на полотнах, то неизменно в искаженной форме, которая становилась отражением эмоционального состояния. На полотнах Арсения Блинова наследие этого периода в живописи опознается несомненно: о нем напоминают и эманации ярких, мерцающих красок, и резкие, кажущиеся хаотичными мазки кисти. И в следующий миг наш взгляд встречается с нежными, округлыми очертаниями тел; лепная фактура мышц и бархатистость кожи поражают своей достоверностью. Две художественные традиции удивительно удачно дополняют друг друга, обогащая смыслом образ человеческого тела. Попытка преодолеть телесность, вырваться за ее пределы была утопией, причем утопией трагической. Живопись, которая, наконец, позволяет воссоединиться телесному и духовному в едином творческом космосе является преодолением этой утопии, полной жизнеутверждающего позитивного смысла.

Маргарита Белокопытова

В опциях задан не строковый параметр

eye